Интереснοе

>> Тепло и терпенье.












Не напрягаясь или отталкивая. ◊  Тогда даже техника беседы при помощи сердца, описанная выше, становится техникой беседы с собою. ◊  Именно переживание кажется самым важным; именно в бытии мы находим ценность. ◊  Аналог этому процессу пробуждения и роста можно найти в тибетском классическом искусстве в форме мандалы. ◊  Состояния ума суть способы видеть. ◊  Переживание того, что есть. ◊  Именно способность страдать, способность почувствовать свой собственный неудовлетворенный ум, свою собственную неудачную равнодействующую кармы, – это и есть способность очиститься и закончить дело. ◊  Она сделала все, что могла сделать в данных обстоятельствах: она послала любовь в такой ситуации, где могла бы проявить сильный гнев и ненависть к себе; а она пришла к свету самым совершенным образом. ◊  Да возрастет ваша радость. ◊  Больницы имеют целью сохранение жизни; смерть оказывается здесь врагом. ◊  Но чем больше мы действуем от сердца, от этого глубокого интуитивного пространства, тем меньше в дело будет вмешиваться плетение ума. ◊  Если внутри тела возникнет какое-то ощущение, пусть осознавание распознает его как ощущение. ◊  Все постоянно меняется. ◊  Она рассеивает нашу сонную слепоту и дает нам возможность больше жить своей жизнью, а не просто переживать мир в области понятий, где то, что мы называем реальностью, оказывается сном и тенью сна.В основе обусловленного ума лежит нужда. ◊  Исследования показали, что световой вызов к безнадежному пациенту требует больше времени для ответа со стороны ухаживающего персонала, чем вызов к такому пациенту, которому сестра чувствует себя способной «хоть чем-нибудь помочь»; и это происходит не преднамеренно, а вследствие наших тонких психологических склонностей. ◊  Вечерняя медитация позволяет очиститься от того, что накопилось за день, и глубже проникнуть в те пути, на которых мир воздействует на наше бытие. ◊  Но, поскольку это всего лишь еще один из процессов ума, его можно ввести в свет понимания и освободиться от него. ◊  При чрезмерной сосредоточенности без достаточной энергии ум приходит в сонное состояние, погружается в полуобразы подсознания и тупеет, «тонет». ◊  Медленно, медленно зреет он, день за днем, пока наконец не созреет в не упадет с дерева. ◊  Часто то, что мы никогда не способны сказать вследствие неловкости, запретов и сомнений, можно сказать сердцем. ◊  Переживания приходят и уходят. ◊  Таковы условия ума, его обусловленность. ◊  Можно легко увидеть в взвинченности еще одно явление ума и таким образом его отпустить. ◊  Неосознанные склонности возникают, чтобы сформировать одно состояние ума; затем они исчезают при изменении условий – и снова возникают в новом уме. ◊  Отмечайте: «Вдох, выдох…» Не думайте о дыхании; даже не создавайте его зрительного образа. ◊  И вот мы поговорили о возможности для нее аборта с тем же самым утверждающим сознанием, с каким она могла бы рожать – с действительным желанием добра этому существу в его переходе через ее тело; мы поговорили и о том, как она могла бы сделать аборт с величайшей возможной любовью, с добротой к самой себе, с признанием того, как легко для нее было бы отвлечься на путь вины. ◊  Сознание само собой возникает как результат соприкосновения осознавания и его объекта. ◊  Если мы страстно желаем чего-то, мы стремимся к этому, мы готовы поглотить желанный предмет. ◊  Пусть оно охватит весь город, где вы живете; оно широко, пространно, участливо. ◊  В природе все вещи движутся циклически. ◊  Пусть эти старые завесы ожесточения отпадут. ◊  Умрите, погрузитесь в него. ◊  Два человека находятся в этой комнате, и они находятся в ней в силу кармы. ◊  Именно прямое переживание подобного рода раскрывает интуицию и прозрение, свойственные уму-мудрости, что приводит ум лицом к лицу с собой.Помыслы – это объекты ума. ◊  Размышляйте о болезненности, о разделении, которое есть гнев, зависть, ревность. ◊  Когда я увидел, как обширно, как могущественно желание в уме, я испугался. ◊  Как часто мы находились в аду своего представления: «Я рад, что никто не знает, о чем я думаю!» И все же как раз в этот момент возникает возможность прозрения в то, как мы проявляем себя в мире, в то, что удерживает внутренний мир отдельным от внешнего, что создает небеса и ад. ◊  Ясное виденье продолжающегося процесса, в котором один ум ведет к другому, приносит глубокое постижение, что осознавание продлится после того, как сознательное начало более не найдет в теле гостеприимного пристанища. ◊  Пусть все вернется. ◊  Такое осознавание ощущений, сопровождающих каждое дыхание, становится как бы авансценой внимания. ◊  Размышляйте сперва о тех, кто мог причинить вам боль в прошлом случайно или преднамеренно. ◊  В нашем случае любящая доброта культивируется благодаря признанию огненных свойств гнева и благодаря переживанию открытости, покоя, а также противоположных гневу качеств – теплоты и терпенья. ◊  Это необусловленная бесконечность по ту сторону ума, чистое, недифференцированное бытие. ◊  Сосредоточенность и осознание мы все до некоторой степени уже развили. ◊  Пусть это чувство распространяется наружу, пусть оно охватит всю окрестность. ◊  Осознавание идет вперед от мгновенья к мгновенью; оно идет так же, как всегда. ◊  Нам нет нужды выбрасывать его из сердца, когда мы выставляем его вон. ◊  Нет ни одного места, о котором нам можно было бы сказать: «Это я». ◊  Это – психологическая физика. ◊  Пожалуй, чем яснее мы видим, какое это чудо, тем отчетливее обнаруживаем проблему попытки проявить в мире этот дух, эти прозрения. ◊  Просто открытое сердце. ◊  Не держитесь ни за что. ◊  Этот плод не погибает, а остается в качестве приношения всем тем, кто приходит позже.Приведите свое осознавание в тело. ◊  Временами, когда мы пытаемся составить расписание своей ежедневной практики, мы можем испытать затруднения, желая сохранить время для медитации. ◊  Но мы-то здесь не страдаем! Я не страдаю, чтоб им!» Но когда я увидел объем своих нужд, это показало мне, насколько глубоко и тонко мой личный мир создан неудовлетворенностью; и это видение избавило меня от множества вожделений, от помыслов, что-де все мои желания должны быть удовлетворены, о том, что я принужден реагировать на все, что возникает у меня в уме. ◊  И входя в это переживание так глубоко, как могу, я прохожу через него, когда они смогут это сделать. ◊  Сначала, если мы вполне честны, мы, может быть, обнаружим, что говорим: «Даже не знаю, как я это делаю; но вот я. ◊  В такие моменты, когда я более не был «подателем» или даже дающим, но просто находился там в качестве двух аспектов самого себя – одного умирающего и одного наблюдающего, – я воссоединялся со своей полнотой, и вся усталость исчезала. ◊  Я работал с людьми, которые говорили: «У меня нет хороших качеств, во мне нет ничего, что было бы прекрасным». ◊  Прежде мы просто терялись в своей проблеме; теперь мы осознаём, что нам надо с ней работать. ◊  Мы ищем счастья в раскрытии ума, в раскрытии самого желания. ◊  Осознавание кристально чисто. ◊  Мы видим все просто таким, каково оно есть, – совершенным. ◊  Разрешите себе прощать. ◊  Наше сиденье становится похожим на вхождение в совершенный круг, где есть место для всего. ◊  Все это оказывается просто частью потока ума, наполненного кармой и интересными побрякушками. ◊  Когда сомнение возобладало, мы прекращаем работу над собой, мы опять опускаемся на четвереньки, мы склонны чувствовать жалость к себе и недоверие к Вселенной. ◊  И вот это взаимное переплетение физических и психических реальностей составляет наше переживание мира. ◊  Нам же необходимо почувствовать их положение, как нашу карму, а не просто их карму. ◊  Мы прерываем внутренний диалог, постоянное комментирование ума, мы прорываемся сквозь то место, где происходит думание, и переживаем процесс непосредственно. ◊  Как ни смехотворно, но большую часть времени дело обстояло именно так; особенно заметным это бывало в ресторанах, когда я прислушивался к людям за соседними столиками. ◊  Ушли по ту сторону. ◊  Когда мы переживаем чередование мгновений внимательности и гнева, мы начинаем подрывать власть гнева. ◊  Вместо этого мы притворяемся непросветленными. ◊  Выбирая того, кем нам хотелось бы быть, мы отбираем из огромного склада то один образ, то другой, и отвергаем остальные на основании каких-то рассудочных доводов. ◊  Когда возникают препятствия, в уме автоматически подается сигнал тревоги; этот сигнал будит нас и побуждает к исследованию помехи. ◊  Я понимаю, что это значит». ◊  Для работы с этими препятствиями надобно запастись терпением. ◊  И поскольку все они поощряют дальнейшую отделенность, это обстоятельство заставляет нас чувствовать себя еще более нелюбимыми и недостойными любви, еще более затрудняет контакты с самими собой и с другими. ◊  Позвольте себе умереть. ◊  Оно уходит к этой мысли, затем к той, потом к этому ощущению, к тому запаху, далее к какому-то звуку, а после него…» И замечаешь, что перед умственным взором проходит один предмет за другим. ◊  Недеяние – не бездействие. ◊  Гнев послужит особенно удачным примером такого факта, который мы не хотим признавать в самих себе, который мы осуждаем как нечто «плохое». ◊  Освободиться от самих себя так, чтобы мы могли заново переживать то, что мы такое, каждое мгновенье, как если бы это было даром. ◊  Отдайтесь дыханию. ◊  Мы критикуем критический ум. ◊  Но это просто жизнь, которая вкушает, касается, которая есть. ◊  Отметки – это не комментарий к тому, что происходит, а простое признание происходящего, лишенное какого бы то ни было комментирования или оценки. ◊  Кто-то спросил: «Как можем мы сохранить себя, если не будем выносить суждений? Разве не станем мы тогда совершенно неразборчивыми?» Этот вопрос возникает вследствие глубинного отсутствия доверия к самим себе, неверия в то, что если мы действительно освободимся, у нас все пойдет хорошо. ◊  Тепло питает вас, кормит вас, взращивает вас. ◊  Мы не в состоянии увидеть сами эти частицы, зато можем узнать их по оставленным ими следам. ◊  У меня есть знакомая, которой в ее жизни приходилось очень туго. ◊  Мы переживаем другого человека, как самих себя; мы говорим с ним, как если бы говорили с самими собою. ◊  Парение сразу же за пределами границ того, что мы иногда воображаем вполне разумным, мысль: «Не делает ли все это меня немного шизоидным?» – все это проходит через ум, который не отождествляет себя со своим содержанием, а только отмечает: «Помыслы, помыслы» «…Хм, что же реально?» «…Помыслы, помыслы», – всякая мысль о том, кто мы такие, не может быть принята, и мы держимся за нее не более чем тысячную долю секунды, – и все же вот мы: рассудок не знает, на какой путь ему свернуть, а сердце совсем не озабочено. ◊  Мы культивируем некоторое душевное качество. ◊  Войдите в это. ◊  Не знаю, каждая ли культура поощряет его в одинаковой степени; но в нашем обществе оно получило весьма заметное преобладание. ◊  Каждое мгновение отсутствия нужды – это мгновенье свободы. ◊  И мгновенье за мгновеньем мы получаем эту искру, искру сознания, способности познания. ◊  ничего, способного обеспечить удовлетворение надолго, показывает, что нам некуда идти, нечего иметь, не надо быть чем-то; это и есть свобода. ◊  Когда возникает суждение, если мы признаем его объемлющим, свободным от суждения вниманием, мы ослабляем его хватку благодаря тому, что видим его с состраданием к процессу, которым являемся мы сами, с почтительным признанием огромной силы той обусловленности, из которой нам нужно выбраться. ◊  Итак, мы видим, что наши переживания – это переживания не того, что действительно происходит, а скорее переживания мира мысли. ◊  Когда мы освобождаемся от этого сопротивления – от всех появляющихся мыслей, от всех побуждений спастись, – тогда мы можем просто наблюдать их, позволяя им возникать в обширном и ненапряженном уме. ◊  Пусть все, что держит вас в отдельности – мысль, чувства, ожидание, желания, осуждение, страх, гнев, сомнение, – пусть все уйдет обратно. ◊  Даже помысел: «Ах, смотри, вот в этот миг все вырисовывается в виде силуэтов!» – был еще одним помыслом в ясности этого момента. ◊  Переживания приходят и уходят. ◊  Для того, чтобы культивировать это осознавание, чтобы привести внимание к уровню ощущения и поддержать его в течение дня, отмечайте получаемые ощущения, сохраняя некоторое осознавание положения тела. ◊  В нормальных условиях мы чувствуем себя только думающим умом – и относимся к нему с незаслуженным вниманием, вкладываем в него все содержание реальности. ◊  Мы перестали выказывать страх или одиночество, но этим одиночества не прогонишь. ◊  Мы просто не мешаем всему этому исчезнуть в проходящем мимо потоке. ◊  Мы замечаем, как автоматически исследуем сильные перерывы в потоке. ◊  Мы не хотим работать на бойне, мы не хотим быть палачами; мы хотим облегчать горе, а не причинять его. ◊  Идите далее сейчас же. ◊  Даже если мы сможем распознавать состояние своего ума один раз в час, эта практика отметок происходящего, когда оно имеет место, уменьшит напряженность самоотождествления с такими состояниями и даст больше простора всему дню. ◊  Плечи опущены. ◊  Дыхание жизни опять внутри тела. ◊  Мы видим просто вагон за вагоном, и наше внимание уже не следует за каждым стимулом; мы более не теряемся в следах прошлого или в предвкушении того, что придет из будущего. ◊  Нужно выжить; нужно быть любимым. ◊  Отождествление себя с одним качеством или настроением и отказ в существовании другому означает отрицание потока, захваченность болезненными завихрениями ума. ◊  Зачастую мы похожи на роботов – мы приведены в движение, не зная этого. ◊  Мы переживаем момент понимания и говорим: «А, вон оно как!» Затем мы думаем: «Но как же это случилось?» – и, может быть, позднее пытаемся объяснить другим, как было дело. ◊  Это ум как эго, ум как «я есмь». ◊  Человек умирает, и мы даже не знаем, помогли ли мы ему. ◊  Гнев приходит из боли и возвращается к боли. ◊  То, что Христос был распят на месте пересечения внутреннего мира возносящегося духа и внешнего мира окружающих нас нужд, нельзя считать простым совпадением. ◊  Тогда вся структура «я» начинает рассыпаться, тогда она раскрывается для большей любви и примирения с собой. ◊  Это всего лишь еще один момент ума, всего лишь еще одна часть преходящего зрелища. ◊  «Да будут все существа счастливы. ◊  Как сказано в «Алмазной сутре», это – «вспышка молнии в летнем облаке, мерцающий светильник, призрак, сновидение». ◊  Эти слова, разумеется, не передают самого переживания. ◊  Если возникают помыслы, ясно отмечайте их движение в уме, их возникновение и исчезновение, подобное пузырям. ◊  Однако вполне может случиться и так, что по мере углубления сосредоточенности процесс отметок станет вмешательством, орудием, которое более не имеет существенной ценности. ◊  Это – хорошее чувство. ◊  Любовь и мир, заботливость и великодушие – все это естественные качества бытия, которые становятся очевидными, когда им нет препятствий со стороны таких качеств бытия, которые приобретены для сохранения и выражения воображаемой личности. ◊  Мы просто наблюдаем ее. ◊  О том, как гнев отпадает, как развязываются узлы, как они растворяются в этой открытости тепла и терпенья. ◊  Когда неприятные состояния не могут отвлечь нас, мы находимся на дороге к свободе. ◊  Для мира, полного изменений, у нас имеются застывшие, неизменные понятия – ярлыки; и это, конечно, порождает разрыв между понятием и реальностью, результатом чего будет напряжение. ◊  Это – действие в чистом виде. ◊  «Да будут все живые существа, все чувствующие существа, – да будут они свободны от страдания. ◊  Сердце признает, что зачастую слова служат людям только предлогом для общения в случаях, когда имеет место подлинное общение. ◊  Если мы видим это беспокойство – «я беспокоен», тогда оно становится проблемой; мы на него смотрим, как на проблему; сделали его своей проблемой. ◊  Я вижу, как для некоторых, прекраснейших созданий, которых я знаю, их чувство своей никчемности оказывается самым жгучим пламенем, с которым им приходится работать. ◊  Однако они приняли обет не отступать, так что единственная оставшаяся возможность не сойти с ума – это просто уменье не обращать внимание на жар. ◊  Приязнь и неприязнь со стороны критикующего – это всего лишь старая карма и штампы обусловленности. ◊  Мы так переполнены искусными средствами, способами завоевать свет, что всеми своими делами препятствуем проявлению своей естественной мудрости. ◊  Мы входим в то самое пространство, где находится боль, входим в него с сосредоточенным, исследовательским умом. ◊  Обычно мы переживаем их как непрерывность, как единый ум; мы не видим, что здесь налицо непрерывные рождение и смерть, новое рождение и новая смерть. ◊  Страдание есть сопротивление тому, что есть, его неприятие. ◊  Да возрастет ваша радость. ◊  Да будут их сердца открыты. ◊  Это жестокий и постоянный критик всего, что появляется внутри ума. ◊  Наполните комнату своей любовью, наполните ее сердечной заботой. ◊  Просто позвольте себе сидеть в свете этой любви, этой заботы о себе и друг о друге. ◊  Внимательность представляет собой самое мощное средство для преодоления каждого из препятствий. ◊  Когда мы начинаем медитировать, рекомендуется не прислоняться к стене и не откидываться на спинку стула, потому что тогда возникает склонность воспользоваться стеной или стулом как опорой; а частью медитации является опора на себя на многих уровнях. ◊  Затеряться в формах ума за пределами самих себя – это проклятье. ◊  Поэтому они редко переживают великую силу медитации, когда она прорывается сквозь отрицательные состояния и неудобства и открывает обширную перспективу, где возможно освобождение от такого рабства. ◊  Медленно окутайте своей любящей добротой целую планету. ◊  Исчезните в этом. ◊  Освобождение от «знания» позволяет нам переживать вещи непосредственно, каковы они есть. ◊  В качестве средства, противодействующего упорной вялости, одному моему другу, бывшему монахом в Таиланде, учитель предписал продолжать медитацию, сидя на краю глубокого колодца. ◊  Временами это участие будет очень ясно воспринято каким-то лицом, и тогда произойдет перемена настроения; изменится вся вибрация помещения. ◊  Откройтесь для своего переживания этого резервуара, как бы это ни происходило. ◊  Признавать свой гнев для нас болезненно. ◊  Когда мы располагаем достаточным состраданием, достаточным терпеньем по отношению к себе, чтобы позволить такому состоянию появиться и быть видимым, оно медленно распадается. ◊  Когда ясно отмечен критикующий ум, можно наблюдать его хрупкость. ◊  Отметки могут быть весьма полезным орудием для того, чтобы удерживать нас в состоянии бдения по отношению к процессу настоящего момента, – например, такие отметки, как «помыслы, помыслы», когда вторгаются помыслы, или «пахнет, пахнет», когда воспринято дуновение какого-то запаха, или «слушанье, слушанье», когда мимо проезжает автомобиль. ◊  Иметь дело с болью внутри тела – прекрасный способ начать распутывать эту привычную реактивность на неприятные состояния. ◊  Это не обязательно похоть, хотя она, несомненно, представляет собой легко узнаваемый аспект алчности. ◊  Лицо расслаблено. ◊  Если мы не знаем, то это хорошо – у нас остается место для знания. ◊  А само это обстоятельство углубляет наше осознавание и позволяет нам далее видеть этот фильм почти по кадрам, показывая, каким образом одна мысль неощутимо ведет к следующей. ◊  Мы строим и строим новый образ самих себя, мы хотим знать, каким будет следующий образ. ◊  Но слишком часто он превращается в ужасного хозяина. ◊  Участники сбиваются вплотную друг к другу внутри строения, сгибая спины, чтобы поместиться под низкой крышей; часто они стоят на коленях, согнувшись над невыносимо горячим паром. ◊  Тыльные стороны стоп и их подошвы. ◊  Если возникают помыслы, ясно отмечайте их движение в уме, их возникновение и исчезновение, подобное пузырям. ◊  Постепенно зрелище неудовлетворительной природы большей части содержания ума стало открывать мне путь к свободе. ◊  Мы видим возникновение и исчезновение сознания, всего, что считали собой. ◊  Тогда оно становится основой для нашей работы над собой, для дальнейшего очищения. ◊  В своих поступках мы воздерживаемся от причинения зла другим. ◊  Если что-то в этом переживании было для меня действительно важным, так это чувство, что я была достойна его иметь». ◊  Он полон шума и старых знаний. ◊  Будда говорил, что если бы люди могли действительно увидеть ценность дарения, они отдавали бы часть каждой своей еды. ◊  Когда мы теряем эту открытость космическому юмору по отношению ко всему происходящему, мы теряем и перспективу. ◊  Желание свободы, когда оно является мотивом для нашего естественного состояния, есть великая радость. ◊  Гнев послужит особенно удачным примером такого факта, который мы не хотим признавать в самих себе, который мы осуждаем как нечто «плохое». ◊  Без всяких ожиданий. ◊  Поэтому мы сидим и говорим: «Вот мое беспокойство», – и видим в нем своего демона. ◊  И все, что прерывает это осознавание, ясно видно, как отдельный феномен. ◊  Например, мне пришло в голову, что крест – это очень ясный символ тягот жизни. ◊  И наше положение в этом мире становится чем-то вроде суфийского учебного образа. ◊  Таково и постепенное пробуждение, в котором мы все принимаем участие: это созревание, так чтобы скорлупа могла отпасть и освободить нас от нашего неведенья, от нашего воображаемого «я» и его неустанного позирования, открыть нас для прямого переживания ума-мудрости. ◊  Оно предлагает то терпеливое, неосуждающее, свободное от привязанности приятие каждого помысла, которое приносит истину. ◊  Если бы мы находились в этой комнате по какому-то другому случаю, мы не извлекли бы максимальной пользы из ситуации. ◊  Моя работа в этой комнате – просто быть. ◊  Не держитесь. ◊  Все это переживается на опыте. ◊  Преимущество такого распознавания зуда состоит в том, что тогда у нас есть выбор – чесаться или не чесаться. ◊  Личность, которую нам больше всего хочется любить, – это мы сами; но когда мы пытаемся обратить на себя любовь, – может быть, при помощи какой-то медитации, в которой культивируем это качество, или же в ходе нашей повседневности – мы обнаруживаем, что иногда не считаем себя заслуживающими любви. ◊  В медитации эти качества усиливаются благодаря систематичным, ненатужным, но и неослабным методикам. ◊  Разрешите себе принять прощенье. ◊  Например, мы протягиваем руку, чтобы коснуться своего сексуального партнера, и это считается приятным ощущением; но когда рука касается кучи отбросов, это ощущение считают неприятным; или, если она прикасается к стене, ощущение можно считать безразличным. ◊  Острота этого случая ясно показала, как ум постоянно ищет удовлетворения за пределами себя и редко дает себе возможность стать свободным. ◊  Стоя легко перед лицом истин, как будто противоречащих одна другой, мы сохраняем уважение к естественному развертыванию вещей, не пытаясь контролировать их течение. ◊  Мы можем просто осторожно и пристально наблюдать эту активность в уме и теле. ◊  Откуда же берется это чувство никчемности? Дело, кажется, обстоит так: нам велят не доверять своему естественному бытию, учат такому недоверию; мы им обусловлены. ◊  И когда мы их наблюдаем, становится все яснее, что некоторые из пузырей – это мы сами, наблюдающие ручей, что даже наблюдатель являет собой всего лишь часть потока; осознавание просто переживает все, что есть. ◊  Если ум отвлекается в сторону, осторожно, со спокойным неосуждающим и непривязывающимся осознаванием, возвратите его к дыханию. ◊  Переживая данное мгновенье, мы знаем истину; и эта истина применима и полезна только в это самое мгновенье. ◊  Да будут все существа свободны от страдания. ◊  По мере того, как мы продвигаемся к центру мандалы, мы также поднимаемся вверх. ◊  Мы видим только отбрасываемые ею тени, и вот эти-то тени и есть наши понятия, наши определения, наши представления об этом мире. ◊  Глаза спокойны. ◊  Когда монах услышал этот звук, его понимание природы вещей стало таким глубоким, что он в тот самый миг сделался просветленным. ◊  Содержание нашей жизни и их жизни может быть различным, как и содержание ума отличается от содержания ума каждого другого человека; но сам процесс совершенно одинаков. ◊  Нет границы. ◊  Отметка «помыслы, помыслы» может быть достаточной для того, чтобы подтвердить наличие думания, если возобладало именно оно, хотя иногда для раскрытия тонкостей думающего ума бывают полезны более точные указания, например, «планирование, планирование», когда появляется планирование, или «страх, страх», когда возникает ум-страх. ◊  Назначение этой книги не в том, чтобы поделиться каким-то знанием, а в том, чтобы указать, что мудрость можно обрести внутри каждого из нас; и что усилие, потребное для установления равновесия ума, так чтобы он стал прозрачно-сияющим, – все мы должны выполнить для себя сами. ◊  Он виден там, как простой наклейщик ярлыков. ◊  Это – великий дар, который, если им воспользоваться разумно и мудро, может нам позволить разрушить многие из наших желаний, многие из наших страхов, значительную часть нашей отдельности, – так чтобы не осталось ничего личного, чтобы все оставшееся оказалось светом, вступающим в свет.Когда в глубоком безмолвии, впущенном в себя во время сиденья в медитации, мы видим то, что всегда происходит, но что мы так редко осознаем, мы понимаем, какое это чудо – жизнь, понимаем, как она замечательна. ◊  Дыхание жизни опять внутри тела. ◊  Я должен быть способен принять всего себя. ◊  Нарисуйте их ясно, так отчетливо и легко, как только можно, и направляйте на них свои чувства благожелательности, используя некоторые повторения: «Как хочу быть счастливым я, так да будете счастливы и вы. ◊  Открытое и бесконечное. ◊  Ум интуитивной мудрости – это ум более глубокого уровня бытия. ◊  Не знаю, каждая ли культура поощряет его в одинаковой степени; но в нашем обществе оно получило весьма заметное преобладание. ◊  Мягко, терпеливо и с большой любовью мы признаем то, чем в действительности являемся. ◊  Пристально наблюдая за умом, мы можем увидеть, как разочарование превращается в гнев. ◊  А недеяние – это просто пребывание с тем, что происходит, без впутывания «себя» в него. ◊  Мы не делаемся кем-то таким, кто побуждает их действовать по-иному. ◊  И для того, чтобы мне быть, необходимо мое присутствие. ◊  Возникают помыслы, чувствуются ощущения, внешние чувства открыты и восприимчивы; в просторе ума возникают предпочтения и мнения; но все это видится с ясностью, и нет никакого отождествления или вмешательства. ◊  Пытаясь контролировать неконтролируемое, мы создаем ад. ◊  Когда обостряется осознавание препятствий, мы познаём происходящее, когда оно происходит; и те состояния ума, которые раньше одолевали нас, становятся вехами на пути нашего прогресса. ◊  Но лучше не забираться в дебри мышления по кругу: «Зачем я это сделал?», – потому что таким образом мы не будем присутствовать в процессе данного момента, в котором раскрывается карма. ◊  Она существует сама по себе; ее существование не зависит ни от каких условий. ◊  Неосознанные склонности возникают, чтобы сформировать одно состояние ума; затем они исчезают при изменении условий – и снова возникают в новом уме. ◊  Есть и особые нужды: желанные предметы, дружба с кем-то, виды еды, тот или иной цвет, то или иное окружение. ◊  Нам не приходится сражаться с «я», сокрушать его. ◊  Его сердце излучает сострадание в самом центре соединения этих двух реальностей. ◊  Недеяние означает действие без чувства «себя»: это уместное действие, но без привязанности. ◊  Самый чудесный дар, который мы способны дать, – это мы сами. ◊  Теперь – о тех, кому вы могли причинить боль. ◊  Этот плод, созревший в существах, подобных Христу и Будде, не имеет семян; там нет ничего, что должно вновь родиться, нет желаний, создающих карму, нет жажды удовлетворения. ◊  Все вещи, обладающие природой возникновения, обладают и природой исчезновения. ◊  Оба эти качества до некоторой степени присутствуют у всех нас. ◊  Это – действие в чистом виде. ◊  Ежемгновенную перемену. ◊  Почувствуйте его плотность; почувствуйте силу тяжести, когда ягодицы покоятся на подушке, а колени касаются пола. ◊  Свободно парите. ◊  Просветление не есть просветление; просветление – это слово. ◊  Между двумя людьми может существовать настолько глубокое общение, что слова, любые слова, только помешают этой открытости сердец. ◊  Тепло питает вас, кормит вас, взращивает вас. ◊  Оба эти качества до некоторой степени присутствуют у всех нас. ◊  Препятствия составляют основу многих реакций поневоле и семена многой кармы. ◊  Или мы можем заметить, что осознавание обычно бывает чистым и удерживается на объекте до тех пор, пока не затеряется в некоторых повторно возникающих состояниях ума; таким образом отметки могут быть использованы только для того, чтобы отождествить эти состояния, которые все еще являются причиной самоотождествления и, таким образом, отвлекают внимание от объекта. ◊  Когда мы видим их в свете понимания, они обладают все меньшей и меньшей силой для того, чтобы втянуть нас в деятельность, отвлечь ум. ◊  Мы лучше поймем этот простор, когда заметим, что обычно ум замыкается на каждом помысле. ◊  Эти слова, возникающие из ничего, исчезают в пустоте. ◊  Ведь так чудесно просто «выключить свет» и выходить из тела, выходить из всех его болей и просто повисать в блаженстве или в тишине. ◊  Всякий раз, когда мы узнаем что-то новое, мы отвергаем какое-то старое мнение; мы меняем мнения. ◊  Вечерняя медитация позволяет очиститься от того, что накопилось за день, и глубже проникнуть в те пути, на которых мир воздействует на наше бытие. ◊  И нам более нет необходимости определять, кто мы такие, поскольку то, чем мы становимся каждое мгновенье, гораздо больше того, что мы когда-либо воображали. ◊  Не пытайтесь что-то делать. ◊  Мы следим за полученными едва заметными вестями, мы чувствуем, когда отклоняемся от гармонии или движемся в нужном направлении. ◊  Покой нередко оказывается чересчур соблазнительным для беспокойного ума, и тому не хочется продолжать свою работу. ◊  И все, что прерывает это осознавание, ясно видно, как отдельный феномен. ◊  Мы можем увидеть, как работает освобождение. ◊  Отделенности нет нигде, кроме ума. ◊  Как часто мы находились в аду своего представления: «Я рад, что никто не знает, о чем я думаю!» И все же как раз в этот момент возникает возможность прозрения в то, как мы проявляем себя в мире, в то, что удерживает внутренний мир отдельным от внешнего, что создает небеса и ад. ◊  Поле ощущений внутри тела может быть использовано, как пузырьковая камера Вильсона, в которой находится тонкий туман, где можно увидеть даже мельчайшие космические частицы. ◊  Смерть окружена страхом, вызывает сильный страх; ибо смерть в больнице – это неудача для больницы. ◊  Естественная деятельность ума – блуждания. ◊  Нет необходимости ограничивать каким бы то ни было определением то, чем мы действительно являемся. ◊  Возможно открыться для особого рода дарений, которые ничего не удерживают, которые позволяют нам отдать даже свой гнев, даже свой страх. ◊  Покой нередко оказывается чересчур соблазнительным для беспокойного ума, и тому не хочется продолжать свою работу. ◊  Именно этот хлам делает нас невосприимчивыми к собственной красоте и старается убедить нас в том, что мы действительно недостойны, неспособны пережить просветление, что мы – расколотые существа, которым суждено вечно оставаться на своем пути. ◊  Когда высокая ценность работы над собой становится более очевидной, мы подходим к практике с большей чистотой. ◊  Будда говорил, что счастье меняется, как взмах лошадиного хвоста. ◊  Большую часть своей жизни нас тянет находиться где-то в другом месте, в планах и замыслах. ◊  Мы теряем чувство своей абсурдности, которое может послужить противовесом серьезности нашей практики. ◊  Это ум как эго, ум как «я есмь». ◊  Любовь и мир, заботливость и великодушие – все это естественные качества бытия, которые становятся очевидными, когда им нет препятствий со стороны таких качеств бытия, которые приобретены для сохранения и выражения воображаемой личности. ◊  Пусть оно продолжает распространяться. ◊  Даже сейчас многие из нас говорят: «Да, но…» Это в большей мере все то же самое. ◊  Идеальный объект – это просто то, что происходит в данный момент. ◊  Мы окажемся затеряны тысячи и тысячи раз. ◊  Мягко, терпеливо и с большой любовью мы признаем то, чем в действительности являемся. ◊  В большинстве своем мы переживали такие периоды, когда внимание просто не желало оставаться с дыханием, когда ум бывал отвлечен мыслями о неоплаченных счетах, или о недавних доводах в споре, или о том, что кто-то думает о нас, или о причинах нашего беспокойства. ◊  Такой ученик, достаточно чистый, чтобы не осуждать даже видимые недостатки своего учителя, хранит пришедшие через него чистейшие поучения и повсюду находит мудрость. ◊  Она рассеивает нашу сонную слепоту и дает нам возможность больше жить своей жизнью, а не просто переживать мир в области понятий, где то, что мы называем реальностью, оказывается сном и тенью сна.В основе обусловленного ума лежит нужда. ◊  Мягко, терпеливо и с большой любовью мы признаем то, чем в действительности являемся. ◊  Очень быстро вялость разрушилась. ◊  Это и есть ум – но до того, как думание раздробляет его на миллиарды представлений и предпочтений; это – чистое, открытое пространство без предпочтений или отвращения. ◊  Мы можем просто осторожно и пристально наблюдать эту активность в уме и теле. ◊  И именно здесь мы встречаем демонов своего нетерпенья, своей жадности, своего неведенья; демонов привязанности к представлению о том, что де есть некто, подлежащий просветлению; демонов нашей привязанности даже к знанию и ясности, которые после хорошего занятия медитацией затрудняют способность выносить сутолоку, шум и тяготы этой изменчивой жизни. ◊  Освободитесь и от самоосуждения. ◊  Когда мы переносим внимание на уровень ощущения, мы меньше вязнем в словесном уровне, на котором тон задает всё многоголосие мысли, обычно находящееся во «внутреннем диалоге». ◊  Да будут все существа счастливы. ◊  Но тогда мы все еще отделены от своей целостности, все еще не находимся внутри данного момента. ◊  Когда мы раскроемся для всего того, что происходит в данный момент, тогда будет присутствовать и наше чувство целостности, завершенности. ◊  Почему их не задержали за один из крупных? Кое-кто из неповинных в преступлениях, в которых их обвиняли, спрашивали, не совершили ли они чего-нибудь «плохого» в предыдущей жизни. ◊  Когда ум отбрасывает понятия, он представляет собой не что иное, как сердце. ◊  Каждая из них представляет собой просто особую форму, в которой пребывает одна и та же истина. ◊  Когда глаза обращались к дереву, существовало только виденье – это была вся реальность. ◊  Обычно наш опыт нам либо нравится, либо не нравится. ◊  Как ни смехотворно, но большую часть времени дело обстояло именно так; особенно заметным это бывало в ресторанах, когда я прислушивался к людям за соседними столиками. ◊  Я отмечаю некоторое самосознание себя как дарителя: «А, я делаю „хорошее“ дело!» Но я понимаю, что если ждать до тех пор, когда я смогу давать только с величайшей чистотой, с чистейшей непривязанностью, я, вероятно, никогда не встану со стула. ◊  Ежедневная практика медитации, как представляется, необходима для развития осознания и ясности. ◊  Воображаемая личность, пытаясь обладать просветлением, не понимает, что она совершает самоубийство, потому что это будет отпадением того отдельного «я», которое делает возможными переживания нашей универсальной природы. ◊  Каждое дыхание, входящее в весомое тело, поддерживает это легкое тело, сохраняет равновесие, позволяющее оставаться этому телу осознавания. ◊  Смерть «я» – это обрыв всего, что мы понастроили и считали прочным, дабы совладать с глубинной природой постоянно меняющегося процесса. ◊  Исследования показали, что световой вызов к безнадежному пациенту требует больше времени для ответа со стороны ухаживающего персонала, чем вызов к такому пациенту, которому сестра чувствует себя способной «хоть чем-нибудь помочь»; и это происходит не преднамеренно, а вследствие наших тонких психологических склонностей. ◊  Каждый вдох – это первое дыхание жизни. ◊  Мы же – часть мира. ◊  Если ум отвлекается в сторону, осторожно, со спокойным неосуждающим и непривязывающимся осознаванием, возвратите его к дыханию. ◊  Никакого тела, никакого ума. ◊  Мы строим и строим новый образ самих себя, мы хотим знать, каким будет следующий образ. ◊  Кто-то спросил: «Как можем мы сохранить себя, если не будем выносить суждений? Разве не станем мы тогда совершенно неразборчивыми?» Этот вопрос возникает вследствие глубинного отсутствия доверия к самим себе, неверия в то, что если мы действительно освободимся, у нас все пойдет хорошо. ◊  Мы реально не видим реальности. ◊  На самом деле ощущение внутри тела можно использовать точно таким же образом, как и мантру. ◊  «Где мне найти работу, полезную для других, в которой возможно справедливое соотношение отданного и взятого? Знать это для меня важнее, чем стать руководителем или возвыситься над окружающими; но как мне зарабатывать достаточно для жизни и для поддержания тех, кого я люблю, – и в то же время все еще оставаться полезным другим?» По мере того, как этот вопрос приобретает напряженность, символ креста становится все более признанным, поскольку можно видеть, что в образе Христа заключается как олицетворение этой дилеммы, так и путь, ведущий к ее решению: метод пробуждения, данный Христом, есть метод сердца. ◊  Они приходят в любое время, когда им вздумается. ◊  Любовь и мир, заботливость и великодушие – все это естественные качества бытия, которые становятся очевидными, когда им нет препятствий со стороны таких качеств бытия, которые приобретены для сохранения и выражения воображаемой личности. ◊  Пространство в пространстве. ◊  Да почувствует каждый эту безграничность, эту открытость сердца». ◊  Мы отделены от своего естественного света облаками мысли, желаний и страхов, тучами обусловленного ума, ураганом «я есмь».Часто в разговорах о медитации мы слышим также о мудрости, или о знании. ◊  Потому также и методы могут быть истинными только на мгновенье; это орудия, которыми пользуются и затем откладывают их в сторону. ◊  Некоторые боли будут столь сильными, что станут долго удерживать ум в плену. ◊  Исследования показали, что световой вызов к безнадежному пациенту требует больше времени для ответа со стороны ухаживающего персонала, чем вызов к такому пациенту, которому сестра чувствует себя способной «хоть чем-нибудь помочь»; и это происходит не преднамеренно, а вследствие наших тонких психологических склонностей. ◊  Плоскость и твердость плеч. ◊  И вот теперь они признали, что кто-то находится в нужде; вышло так, что этот «кто-то» – они сами; теперь они могут направлять благожелательность своих мыслей на то место внутри себя, которое так хочет быть целостным. ◊  Осознавание переживает процесс их движения. ◊  Сила практики состоит в том, чтобы пробиться через нашу привязанность к этому состоянию. ◊  Нам нет надобности идти к астрологу или к хироманту, чтобы открыть, что такое наша карма. ◊  Как можно отметить волевой элемент, ведущий ко все более и более далеким переплетениям и алчным желаниям ума, так же точно можно и увидеть, что именно это качество выбора, которое снова и снова возвращает нас к дыханию, при правильном его поощрении приводит жизнь к равновесию.Всякое состояние ума – это некая установка, господствующая эмоция или настрой; она действует наподобие фильтра или цветовой линзы, через посредство которых переживаются и становятся объектами отношения психические события, такие как помыслы и ощущения. ◊  Обычно мы даже не узнаем, как глубоко отождествлены с каким-то настроением или состоянием ума, потому что видим целый мир внутри него. ◊  «Дорогой друг, да будете вы целостны, да придете к своей завершенности. ◊  Теперь с этим чувством открытости направьте к себе эту любящую доброту; повторяйте в глубине сердца, как вам будет удобно, пользуясь такими словами, какие найдете подходящими: «Да буду я счастлив; да буду я свободен от страдания; да буду я свободен от напряжения, страха, тревоги; да исцелюсь я; да пребуду я в мире!» ◊  Хотя существует множество препятствий, их обыкновенно делят на пять главных разрядов; это, если хотите, пять врагов уравновешенного ума. ◊  И великое множество раз нам покажется, что таких нездоровых склонностей больше нет, и мы подумаем: «Ну вот, я с ним покончил». ◊  Осуждающий ум опирается на мое плечо и говорит мне, какой я незрелый тип, как много мне нужно работать над собой. ◊  Когда ум отбрасывает понятия, он представляет собой не что иное, как сердце. ◊  И один из способов потеряться в нем – это говорить: «Я не сержусь!» ◊  Столь редко находящийся в состоянии спокойствия ум стремится к получению глубокого удовольствия от этой тишины. ◊  Или мы можем заметить, что осознавание обычно бывает чистым и удерживается на объекте до тех пор, пока не затеряется в некоторых повторно возникающих состояниях ума; таким образом отметки могут быть использованы только для того, чтобы отождествить эти состояния, которые все еще являются причиной самоотождествления и, таким образом, отвлекают внимание от объекта. ◊  Это глубокий, нежный смех не вмешивающегося сознавания, которое наблюдает за нами, когда мы стараемся постичь космос своим рассудочным умом; это в чем-то напоминает хвост, который пробует вилять собачкой. ◊  Подобная сдача, подобное освобождение от желания быть иным, нежели то, что мы есть в этот самый момент, – и есть то, что освобождает нас от ада. ◊  Мы можем, например, отметить, что чувство никчемности, недоверия к себе уменьшается, что мы переживаем более глубокий уровень бытия, который не имеет такой тесной связи с запутанностью, повседневной житейской мелодрамы. ◊  Теперь мы культивируем нечто иное для их замены, и это – гораздо более мощная форма сознания, нежели отрицательные формы. ◊  Существо, которым мы стали, все еще остается отдельным, хотя и более здоровым. ◊  Дыхание лишь происходит само собой. ◊  Постепенно зрелище неудовлетворительной природы большей части содержания ума стало открывать мне путь к свободе. ◊  Когда мы располагаем достаточным состраданием, достаточным терпеньем по отношению к себе, чтобы позволить такому состоянию появиться и быть видимым, оно медленно распадается. ◊  Такие несовместные, противоборствующие состояния ума и сопутствующие им суждения друг о друге являются причиной значительной доли того трения, которое мы переживаем в чувстве вины. ◊  Да возвратимся все мы к своей завершенности!» ◊  Они приходят и уходят, как им заблагорассудится. ◊  Его жизнь расширилась, его взаимоотношения с женой и детьми лучше, чем когда-либо. ◊  Это – психологическая физика. ◊  Если же мы чувствуем к нему отвращения, мы стараемся оттолкнуть его подальше. ◊  Желание быть свободными от вещей, каковы они есть, оказывается великим страданием. ◊  Но на самом-то деле нашу способность любить и быть любимыми можно просто приравнять к нашей мере способности освободиться от отделённости, позволить, чтобы нас любили, благодаря освобождению от своего критикующего чувства неловкости. ◊  В ходе своего учения он потратил десять лет на единственный аспект практики – на то, чтобы обходить кругом горы, что составило один вид практики; и еще десять лет на работу с мантрой в качестве другого вида. ◊  И нам более нет необходимости определять, кто мы такие, поскольку то, чем мы становимся каждое мгновенье, гораздо больше того, что мы когда-либо воображали. ◊  Некоторые боли будут столь сильными, что станут долго удерживать ум в плену. ◊  Вожделение по отношению к кому-то, – плотское или более тонкое, когда мы желаем, чтобы этот человек служил отражением того, чем мы представляем самих себя, – так вожделение является причиной того, что данный человек становится предметом для удовлетворения, то есть объектом, лишенным своей удивительности, своей собственной внутренней ценности. ◊  Мы освобождаемся от своего чувства никчемности не потому, что кладем его под топор, не потому, что стараемся контролировать или подавлять его; мы освобождаемся от него, предоставляя ему достаточное место для того, чтобы оно увидело, что оно делает. ◊  Затем, когда мы попривыкнем к осознаванию содержимого, мы начинаем отмечать сам процесс прохождения поезда. ◊  Ушли по ту сторону. ◊  Столь редко находящийся в состоянии спокойствия ум стремится к получению глубокого удовольствия от этой тишины. ◊  Если имеет место боль, мы расслабляемся кругом нее и отмечаем ее: «боль, боль», – или каким-нибудь другим словом, естественным для нашего чувствования. ◊  И если, вглядываясь в этот цветок, мы видим в нем момент жадности или эгоизма, или страха, мы видим здесь его в контексте этого совершенства, внутри этой ясности; и это подобно еще одному лепестку цветка. ◊  Мы видим, что открытое пространство, в котором появляется содержание ума, само по себе полностью свободно от суждений, от мнений, от разделенности. ◊  Просто знать, в какой позе мы находимся, отмечать, когда мы переносим свой вес, чтобы встать, знать, когда мы стоим или сидим, знать, где находятся наши руки, осознавать положение головы, осознавать состояние глаз – открыты они или закрыты, – все это обладает весьма мощным качеством пробуждения, которое приводит наше переживание прямо к реальности настоящего момента. ◊  Все еще существуют кинестетические впечатления, поступающие от земляной материи. ◊  Когда мы «упорно работаем над собой», мы иногда отталкиваем свой легкий ум, свое счастье быть прежде всего на пути. ◊  Поскольку мы находимся в теле, мы обладаем органами чувств; поскольку мы ими обладаем, существует чувственное соприкосновение; вследствие этого соприкосновения существует восприятие; вследствие этого восприятия существует распознавание, которое затем обусловливает возникновение чувства приязни или неприязни и тонкую эмоциональную реакцию на то, что было воспринято. ◊  Просветление может стать величайшей причиной страдания, потому что оно остается предметом нашего сильнейшего желания. ◊  Конец жизненного пути. ◊  Переживая данное мгновенье, мы знаем истину; и эта истина применима и полезна только в это самое мгновенье. ◊  По мере того, как мы приступаем к развитию этого осознавания всего без разбора, то, что попадает в пределы поля осознавания, оказывается весьма примечательным: мы начинаем видеть корень, из которого растет мысль. ◊  Направьте осознавание на ощущение касания с входящим и выходящим воздухом. ◊  Но вне зависимости от того, какую работу мы избираем, даже если эта работа кажется самой чистой, каждый день будут возникать одни и те же вопросы: «Насколько чище я мог бы проявлять свои энергии? Насколько ближе к истине, насколько менее алчным мог бы я оказаться сегодня?» ◊  Такое осознавание ощущений, сопровождающих каждое дыхание, становится как бы авансценой внимания. ◊  Благодаря этой настроенности естественно развивается глубокая внутренняя добродетель, внутреннее чувство должного и необходимого для сохранения гармонии в любой данный момент. ◊  Пусть все вернется. ◊  Попытки скрыться от этих отрицательных состояний, отвлечься или убежать, послужат для них просто приглашением вернуться в силу отрицательной привязанности. ◊  Они не уйдут в одночасье. ◊  Его основное значение – механизм восприятия. ◊  Откройтесь для своего переживания этого резервуара, как бы это ни происходило. ◊  Пусть отпадет всякая жестокость, которая стесняет сердце. ◊  Тогда даже техника беседы при помощи сердца, описанная выше, становится техникой беседы с собою. ◊  Это не совпадение, не удача; это совершенный результат того, что пришло прежде. ◊  Почувствуйте сбитость торса и тела. ◊  Ауробиндо сказал: «Быть сполна – значит быть всем, что есть». ◊  Посылать же любящую доброту другому человеку, на которого я сердился, было ловушкой «я», которое просто увеличивало разделение между нами. ◊  Казалось, таков был мой особый способ удерживать присутствие в комнате. ◊  Естественная деятельность ума – блуждания. ◊  Проходят недели; ум становится все более ясным, он чувствует все большую признательность силе практики за раскрытие истины. ◊  Ум интуитивной мудрости – это ум более глубокого уровня бытия. ◊  Это «я» говорит: «Э, нет, я существую». ◊  В ходе практики наступает такое время, когда чистота наших намерений будет всем, что мы имеем, и никакие слова не смогут оказать заметной помощи; когда вам кажется, что вы полностью затерялись и лишены надежды, просто отмечайте состояние болезненного смятения с терпеньем и какой-то глубокой нежностью; это все, что можно сделать. ◊  А в следующем вагоне рычит лев; он преследует кого-то, похожего на нас. ◊  И все, что прерывает это осознавание, ясно видно, как отдельный феномен. ◊  Как в глубоком спокойствии ум может освободить тело от своей хватки, так в глубокой успокоенности и сдаче тело способно раскрыть глубочайшие тайны ума. ◊  Пустота – это необъяснимый простор, в котором мы возникаем; это – сама истина; и вся идея о том, что «кто-то» шагает в пустоту, представляет собой просто еще один пузырь, проходящий мимо. ◊  Не удерживайте его. ◊  Ум виден, как пространство, где происходят все эти явления. ◊  Заключенные часто спрашивали меня, является ли пребывание в тюрьме их кармой, и почему они попали в тюрьму за менее значительный проступок, тогда как ими совершены проступки и гораздо худшие. ◊  Таковы три средства проявления прозрения, проявления пробуждения в этом мире. ◊  Сиденье в какой-нибудь эксцентричной йоговской позе не порождает никаких особых заслуг. ◊  Идеальный объект – это просто то, что происходит в данный момент. ◊  На всю страну, на весь континент. ◊ 


Другοе



>> Эта легкость еще раз нежно животворит весомую форму, принимает рождение, чтобы исполнить свою карму, чтобы научиться тому, чему следует научиться, быть с вещами, каковы они есть.





Восхождение духа - Chutochku.ru