Интереснοе

>> Когда мы «упорно работаем над собой», мы иногда отталкиваем свой легкий ум, свое счастье быть прежде всего на пути.












Мы отвели себе очень небольшое пространство для незнания. ◊  И вот я стал наблюдать его, не подавляя; я просто отмечал то, что он делает. ◊  Между двумя людьми может существовать настолько глубокое общение, что слова, любые слова, только помешают этой открытости сердец. ◊  Однако она была настолько возбудима, а ее сосредоточенность была настолько слабой, что ей не удавалось просидеть кряду более нескольких минут. ◊  Ушли по ту сторону. ◊  Сердце не наклеивает ярлыков, не манипулирует ими; оно просто дозволяет. ◊  Отмечайте: «Вдох, выдох…» Не думайте о дыхании; даже не создавайте его зрительного образа. ◊  Нередко именно тревога не дает возможности решения какой-нибудь проблемы. ◊  Те, у кого существует некоторый конфликт между практикой, которая как будто в основном занята работой с умом, как это бывает при медитации внимательности, и практикой, которая кажется занятой по преимуществу работой с сердцем, такой как медитация преданности, обнаружат, что когда мы глубоко переживаем то, что происходит в данный момент, мы осознаем работу целой Вселенной. ◊  Собственно, для того, кто изучает с чистыми мотивами, возможно приобрести многое даже у не вполне безгрешного учителя, – именно благодаря чистоте своей увлеченности. ◊  Есть нужда не испытывать боли. ◊  Теперь мы культивируем нечто иное для их замены, и это – гораздо более мощная форма сознания, нежели отрицательные формы. ◊  Это нечто реальное, то, что мы способны пережить. ◊  Эти качества ума наличествуют у каждого. ◊  Вы словно прижали лицо к стеклу, чтобы увидеть какую-то вещь на витрине. ◊  Когда я впервые пришел в эту больницу, мне стало очевидным, как моя практика подвергнется здесь проверке. ◊  Обыкновенно это – неповоротливость ума, которую мы время от времени ощущаем. ◊  По мере того, как мы продвигаемся к центру мандалы, мы также поднимаемся вверх. ◊  Позвольте себе умереть. ◊  И в течение курса обучения тому, как укрепить свою отдельность, нам, детям, вполне естественно в большинстве своем случалось солгать или что-то украсть. ◊  дает нам прямое переживание этого. ◊  После обретения желанного объекта удовлетворенности больше нет. ◊  Если имеет место боль, мы расслабляемся кругом нее и отмечаем ее: «боль, боль», – или каким-нибудь другим словом, естественным для нашего чувствования. ◊  ничего, способного обеспечить удовлетворение надолго, показывает, что нам некуда идти, нечего иметь, не надо быть чем-то; это и есть свобода. ◊  Отметьте его приход и отметьте его уход. ◊  По мере того, как расширяется повседневная практика, осознавание раскрывается и охватывает больший объем нашей активности. ◊  Освобожденность позволяет нам плыть, стать целым кругом. ◊  Это чувство ягодиц, тяжело опирающихся на подушку или на скамью. ◊  Дары могут сами по себе стать целой практикой. ◊  Нам что-то нужно, нужно еще и еще… и ничто не в состоянии удовлетворить нас постоянно, потому что изменяется не только нужная нам вещь, но изменяются также и наши потребности. ◊  Как можно отметить волевой элемент, ведущий ко все более и более далеким переплетениям и алчным желаниям ума, так же точно можно и увидеть, что именно это качество выбора, которое снова и снова возвращает нас к дыханию, при правильном его поощрении приводит жизнь к равновесию.Всякое состояние ума – это некая установка, господствующая эмоция или настрой; она действует наподобие фильтра или цветовой линзы, через посредство которых переживаются и становятся объектами отношения психические события, такие как помыслы и ощущения. ◊  Таким образом, это воображаемое «я» постоянно вовлечено в подневольную активность ради самопеределки. ◊  Как сказано в «Алмазной сутре», это – «вспышка молнии в летнем облаке, мерцающий светильник, призрак, сновидение». ◊  Исчезла всякая броня. ◊  Многие окружавшие ее соглашались с тем, что если она принесет в мир еще одного ребенка, это, пожалуй, толкнет ее на край гибели. ◊  Переживание жизни в теле, поддержанное дыханием. ◊  Но еще труднее ими не быть.Иногда мы сидим и медитируем безмятежно, в ясности и спокойствии. ◊  Он дает вниманию нечто такое, куда можно прийти, на чем можно сфокусироваться. ◊  Когда мы видим, что предмет нашего влечения объят пламенем, мы перестаем тянуться к нему. ◊  Есть такое древнее китайское проклятье: «Чтоб тебе родиться в интересное время!» Если мы родились в интересное время, наше внимание может быть отвлечено, и мы никогда не возьмемся за подлинную работу по раскрытию своей естественной мудрости. ◊  И вот через эти руки внутренняя мудрость осуществляется во внешнем мире, через эти руки мы делимся трудом в смирении и заботе. ◊  Но я думаю, что важнее не давать уму контролировать нас. ◊  Такую тонкую передачу сердца можно пережить, когда мы находимся в общении с кем-нибудь, о ком очень сильно заботимся. ◊  Безнадежно больные пациенты в большинстве своем говорят, что им хочется не оставаться в одиночестве, когда они будут приближаться к смерти. ◊  Когда вынесено суждение, присутствует «кто-то», выносящий суждение, существует какое-то «я есмь», вовлеченное в танец отождествления с явлениями, как «я», как некто, совершенно отдельный от потока, от процесса. ◊  Когда мы просто сидим в данный момент, каков он есть, когда ум не обладает ясностью, и мы не обладаем способностью проникнуть через какое-нибудь глубокое препятствие, – такой способ действий может весьма великодушно дать нам возможность раскрыться для самих себя. ◊  В самом же обладании этой вещью нет внутренней удовлетворенности. ◊  Природа этих положительных свойств такова, что они естественно заменят собой менее здоровые энергии. ◊  Проявление таких чувств весьма обычно. ◊  Переведите внимание на уровень ощущения, чувства в теле. ◊  Мы удерживаемся на некоторых предметах и не останавливаемся на других. ◊  Методы подобны колючке, которую берут, чтобы вытащить другую колючку; а когда заноза вынута, обе выбрасываются. ◊  Медитация и есть осознавание. ◊  Но каким бы наименованием ни пользоваться для обозначения этого состояния, имя – это не реальность. ◊  И вот теперь они признали, что кто-то находится в нужде; вышло так, что этот «кто-то» – они сами; теперь они могут направлять благожелательность своих мыслей на то место внутри себя, которое так хочет быть целостным. ◊  Это новое переживание – тоже просто «бытность». ◊  Это – космический фарс, та неизвестная новизна, которая удерживает нас на краешке наших сидений. ◊  Потом мы увидим, что эта жажда «разделаться с ними» создает следующее состояние ума. ◊  Все существа, повсюду. ◊  Переживание жизни в теле, поддержанное дыханием. ◊  Но это говорит сам думающий ум. ◊  Мы испытываем глубокое уважение к процессу, который раскрываем, и медленно понимаем. ◊  Нам обоим надобно проделать какую-то работу над собой. ◊  Это цель и метод разом; этим и красива такая медитация. ◊  Когда-то я полагал, что высочайшие переживания представляют собой признак достижения. ◊  Ежемгновенное осознавание всего, что возникает, всего, что существует. ◊  Но вещи раскрываются только так, как им следует; хотя они иногда могут вызывать затруднения, они всегда предоставляют совершенную возможность для работы над собой в данный момент. ◊  Внимательность пробьется сквозь него; внимательность ослаблит силу его возникновения также и в будущем, даже несмотря на то, что она может иметь такую энергию, что на некоторое время удержится. ◊  Чтобы развить сосредоточенность, мы избираем какой-нибудь единственный объект осознавания; это тогда основной объект, и вниманию должно «приходить на ум», возвращаться к нему и удерживаться на нем. ◊  Тот, который спрашивает: «Кто же наблюдает?» – это еще одна мгновенная вспышка мысли, замеченной нами; нет «никого», кто наблюдает; налицо только осознавание. ◊  Освободитесь от мыслей. ◊  Если мы отождествляем все эти мысли с «собой», тогда мы утверждаем, что ум – это мы; и в этом случае мы упускаем из виду большую часть того, что мы действительно есть. ◊  Когда мы пытаемся ударить умом об ум, он в еще большей степени создает то же самое. ◊  Держаться не за что. ◊  Я мудр, а они – нет; я здоров – они больны. ◊  Когда эта петля разорвалась, люди перестали жить в циклической природе того, что они есть; они потеряли свое «познание», свое соприкосновение с потоком. ◊  Если мы живем в своем теле, осознавая то, что происходит в поле ощущений, тогда мы соприкасаемся с первичной реальностью существования, какой она получена в настоящем. ◊  Почувствуйте возникающие физические ощущения. ◊  Сомнение отталкивает поток, отталкивает мудрость и непривязанность, рассеивающие ад. ◊  Нам нет необходимости налагать на себя всякие «надо» и «нельзя». ◊  Эти слова, возникающие из ничего, исчезают в пустоте. ◊  Мы открываем, что мы не так уж твердо решаем всегда знать, кто мы такие. ◊  Мы ловко прилепляемся к каждому из этих умов, принимая их за «я» и «мое», хотя они иной раз радикально отличны один от другого и по характеру, и по намерениям. ◊  Затем есть вид дара, который называют «царственным». ◊  Осторожно; дайте время этому процессу. ◊  Стоя легко перед лицом истин, как будто противоречащих одна другой, мы сохраняем уважение к естественному развертыванию вещей, не пытаясь контролировать их течение. ◊  Когда внимательность становится очень острой, мы начинаем видеть помыслы по-новому, буквально переживая их возникновение и исчезновение, словно они вставлены в рамку, – словно бы мы видели кинофильм, проецируемый на экране; мы рассматриваем смену одного кадра другим, исследуем отдельные элементы того, что раньше мнили единством, непрерывным потоком. ◊  Я не оказывал им никакой помощи; и у моего действия был тонкий привкус превосходства и господствования. ◊  Теперь с этим чувством открытости направьте к себе эту любящую доброту; повторяйте в глубине сердца, как вам будет удобно, пользуясь такими словами, какие найдете подходящими: «Да буду я счастлив; да буду я свободен от страдания; да буду я свободен от напряжения, страха, тревоги; да исцелюсь я; да пребуду я в мире!» ◊  В природе все вещи движутся циклически. ◊  Да будут их сердца открыты. ◊  И когда мы ощущаем ту систему координат, внутри которой протекает вся эта мелодрама, это переживание начинает освобождать нас от увлеченности – даже от увлеченности страхом. ◊  Есть и нужда быть просветленным. ◊  Осознавание на этом уровне ума меняет взаимоотношения с нашей обусловленностью, с нашей кармой. ◊  Итак, мы наконец становимся теми, кем всегда хотели быть, свободными от множества оберегаемых образов себя, от чувства нехватки, которая в прошлом служила причиной столь многих неудобств. ◊  Мы испытываем глубокое уважение к процессу, который раскрываем, и медленно понимаем. ◊  Каким-то образом некоторый уголок ума хочет убедить нас в том, что мы – это только приятные состояния. ◊  Мы следим за дыханием, и при этом появляются помыслы; мы можем отметить их: «помыслы, помыслы» – и вернуться к отметкам дыхания. ◊  До тех пор, пока существует какое-либо состояние ума, которое вы предпочитаете любому другому состоянию ума, это и будет вашим адом. ◊  Признавать свой гнев для нас болезненно. ◊  Мы критикуем критический ум. ◊  Да исцелятся все существа в участии друг к другу. ◊  Видение того, что происходит, даже если признать это неприятно, может вызвать очень хорошее чувство, потому что это истина данного момента, а истина прекрасна. ◊  Тепло и просторно. ◊  Происходит раскрытие сердца и ума, чувство осуществления в этот самый момент.Будда сказал, что корень всей кармы – желание, мотивация, намерение, стоящее за актом. ◊  И наше положение в этом мире становится чем-то вроде суфийского учебного образа. ◊  Осуждающий ум опирается на мое плечо и говорит мне, какой я незрелый тип, как много мне нужно работать над собой. ◊  Когда мы получаем послания от тела, мы просто к ним прислушиваемся. ◊  Кажется, что и энергия движется кругами: орбиты планет, орбиты электронов вокруг ядра атома. ◊  Мы думаем, что мы – прекрасные, приятные состояния; нам не хочется быть депрессией, гневом, взвинченностью, горем, разочарованием. ◊  Дыхание в целом чувствуется входящим и выходящим; все дыхание переживается на уровне ощущения, прикосновения. ◊  Мы наблюдаем, как они движутся, мгновенье за мгновеньем, сначала одно здесь, затем одно там. ◊  Это еще какой-то хлам. ◊  Когда твердо соблюдаешь ежедневность практики, то общая внимательность становится заметной и в ходе всего дня. ◊  Вдыхается тепло; с выдохом медленно выходит терпенье. ◊  Если что-то в этом переживании было для меня действительно важным, так это чувство, что я была достойна его иметь». ◊  Природа этих положительных свойств такова, что они естественно заменят собой менее здоровые энергии. ◊  Без всяких ожиданий. ◊  Когда мы разговариваем, читаем или едим, мы непрерывно меняем положение тела, не замечая, что реагируем на некоторое неудобство, что нас привел в движение ум; мы не осознаем намерения избавиться от некоторой тугоподвижности в шее или боли в ногах. ◊  В общий поток; просто в жизнь. ◊  И, может быть, это происходит потому, что большинство из нас стало ошибочно принимать удовольствие за счастье. ◊  Для меня самого написание книги есть часть практики, и мне надо удостовериться в том, что я сам остаюсь честным. ◊  Не держитесь ни за что. ◊  Методы могут быть средствами преодоления обусловленности – или же они могут стать просто дополнительным бременем. ◊  Таково и постепенное пробуждение, в котором мы все принимаем участие: это созревание, так чтобы скорлупа могла отпасть и освободить нас от нашего неведенья, от нашего воображаемого «я» и его неустанного позирования, открыть нас для прямого переживания ума-мудрости. ◊  Я не пытаюсь изменить вас, я просто люблю вас, насколько могу». ◊  Узнавание этого ежемгновенного рождения и смерти ума позволяет нам проникнуть сквозь иллюзию плотности, которая придает силу страху смерти, то есть боязни растворения после угасания физического тела. ◊  Наше развертывание, их развертывание – все это часть одного и того же процесса. ◊  Так детальный обзор помогает сломить наше глубокое самоотождествление с якобы твердой реальностью ума-кинофильма. ◊  Однако вполне может случиться и так, что по мере углубления сосредоточенности процесс отметок станет вмешательством, орудием, которое более не имеет существенной ценности. ◊  Возможно открыться для особого рода дарений, которые ничего не удерживают, которые позволяют нам отдать даже свой гнев, даже свой страх. ◊  Чаще всего гнев хочет повредить своему объекту, человеку или предмету, на который он направлен. ◊  До тех пор, пока мы не видим ценности медитации, нам, возможно, окажется трудно убедить себя в необходимости отвести утром и вечером время для исследования своего ума. ◊  Да освободимся мы от преград; да освободимся мы от своего страдания, да почувствуем свое совершенное бытие. ◊  Крестьянин возвращается домой и сейчас же развертывает свиток. ◊  Но сердиться – вполне хорошо; так же хорошо и не сердиться. ◊  Почувствуйте эту жизненную энергию на макушке. ◊  «Да будут все живые существа, все чувствующие существа, – да будут они свободны от страдания. ◊  «Что такое моя карма? В том ли моя карма, что я здоров? Что я богат? Что я беден? Что я изуродован? Что я безумен? Что я не безумен? Что я добился успеха?» У нас возникает множество вопросов о том, что такое наша карма; здесь, пожалуй, налицо непонимание того, что карма не есть нечто такое, что находится вне нас самих. ◊  Когда некоторые буддийские учителя говорят о «недеянии», они не рекомендуют нам улечься в гамаке на необитаемом острове. ◊  С открытым сердцем освободитесь от всех вещей, удерживающих вас. ◊  Отметки позволяют нам мягко, но настойчиво оставаться со своим переживанием, признавая все, что временно получает преобладание, как только то возникает. ◊  И когда мы их наблюдаем, становится все яснее, что некоторые из пузырей – это мы сами, наблюдающие ручей, что даже наблюдатель являет собой всего лишь часть потока; осознавание просто переживает все, что есть. ◊  По временам они могут быть полезны, пока сосредоточенность углубляется, а затем становятся не нужны. ◊  Нет смерти. ◊  Мы просто наблюдаем ее. ◊  Продолжает существовать этот тонкий «кто-то», переживающий все это и желающий продолжения раскрытия. ◊  Да вступим – мы все и каждый из нас – да вступим мы в свет. ◊  Просто освободитесь от всего. ◊  Снова рожден. ◊  Плод не существует ни в уме, ни в языке. ◊  В случае алчности мы видим, как неудовлетворительна по своей сути природа желания, и этот факт способствует противодействию такому качеству ума. ◊  Привязанность означает, что мы отождествляем себя с этими содержаниями или ощущениями. ◊  Но осуществлять подлинный контроль – это значит отпустить. ◊  Направьте внимание к мускулам шеи. ◊  Пусть это чувство распространяется наружу, пусть оно охватит всю окрестность. ◊  Легкое тело теперь свободно каждое мгновенье. ◊  Процесс удовлетворения желания проявляется не в обладании желаемым объектом, а в прекращении болезненности желания. ◊  Когда мы проникаем в тотальность мгновенья, мы видим, что ни одна точка на этом круге не обладает большим правом смотреть свысока на остальную часть круга, чем любая другая точка. ◊  Само пространство. ◊  Таким образом, мы видим, что в просторе освобожденности возникает естественное равновесие. ◊  Тогда может возникнуть все, что угодно. ◊  Если мы открыто узнаём и признаём отвращение, когда оно есть, мы перестаем подпитывать пламя, и потом оно может остаться только в виде уменьшающегося результата былых помыслов. ◊  Если имеет место боль, мы расслабляемся кругом нее и отмечаем ее: «боль, боль», – или каким-нибудь другим словом, естественным для нашего чувствования. ◊  Он настойчиво трудится, чтобы поддержать действие мантры, снова и снова напоминает себе, что нужно возвращаться к практике; когда он пашет, он пашет для мантры; когда сидит, он сидит для мантры; когда он таскает воду, он таскает ее для мантры. ◊  Мы избираем некоторый основной объект и работаем с ним, – будет ли он чем-то создаваемым нами в содержательной сфере, скажем, повторением слов, или идеей любящей доброты, или чем-то таким, что уже всегда присутствует, как ощущения в теле. ◊  Касание дыхания можно легко почувствовать в ноздрях. ◊  Прозрения, возникающие в уме мудрости, часто переживаются в виде внезапных, бессловесных пониманий того, какими являются вещи. ◊  Вынесенное на свет, оно не имеет над нами власти, не устремится к действию. ◊  И вот через эти руки внутренняя мудрость осуществляется во внешнем мире, через эти руки мы делимся трудом в смирении и заботе. ◊  Но мы толкаемся об этот круг, когда пытаемся думать о «круге» или о «потоке»; мы делаем их линейными от начала и до конца, мы их искажаем. ◊  Мы видим все просто таким, каково оно есть, – совершенным. ◊  Когда возникают препятствия, в уме автоматически подается сигнал тревоги; этот сигнал будит нас и побуждает к исследованию помехи. ◊  Но если мы реагируем на эти предпочтения подневольно, если отождествляем себя с ними, они становятся причинами новой кармы. ◊  Это хорошее орудие, хороший слуга. ◊   – А что делать теперь, когда энергия вышла из равновесия? – О, это неплохая мысль! – Кстати, а что такое просветление? – О-о – ох, извини, спасибо!» ◊  Для работы с этими препятствиями надобно запастись терпением. ◊  Когда я впервые пришел в эту больницу, мне стало очевидным, как моя практика подвергнется здесь проверке. ◊  Когда мы разговариваем, читаем или едим, мы непрерывно меняем положение тела, не замечая, что реагируем на некоторое неудобство, что нас привел в движение ум; мы не осознаем намерения избавиться от некоторой тугоподвижности в шее или боли в ногах. ◊  Когда мы видим, как приходят и уходят помыслы, как приходят и уходят чувства, как приходят и уходят ощущения и воспоминания, когда мы наблюдаем их таким умом, который не пытается овладеть чем-нибудь, не пробует наклеить на все ярлыки, – мы открыты для понимания; и это по-настоящему все, что нам нужно делать. ◊  Когда мы вступаем в связь с этим открытым пространством вместо связи с его содержимым, мы не привязываемся ни к чему, что проходит через него. ◊  Это дает возможность микроскопического рассмотрения ежемгновенного ума, рассмотрения бытия по мере того, как оно развертывается. ◊  Он имеет место, когда мы даем лучшее из того, что имеем, даже если при этом для нас самих ничего не остается. ◊  Когда мы пытаемся пробудиться, приняв на себя ответственность за тело в своем сидении, придет и энергия; она будет здесь. ◊  Сомнение может оказаться настолько тонким, что мы не распознаем его. ◊  Тогда от отметок можно будет естественно отойти или – «отпустить» их. ◊  Ему не надо будет быть твердым или жестким. ◊  Затем есть вид дара, который называют «царственным». ◊  Другой вид даров называется «дружеским» даром, когда мы даем от всего сердца. ◊  Благодаря нашему освобождению от путаницы возникает познание. ◊  Затем, глядя прямо вперед, мы замечаем, что начинаем проявлять способность видеть между вагонами. ◊  До тех пор, пока существует какое-либо состояние ума, которое вы предпочитаете любому другому состоянию ума, это и будет вашим адом. ◊  Временами это участие будет очень ясно воспринято каким-то лицом, и тогда произойдет перемена настроения; изменится вся вибрация помещения. ◊  Когда я впервые пришел в эту больницу, мне стало очевидным, как моя практика подвергнется здесь проверке. ◊  Существует боль сама по себе – и боль, окружающая эту боль. ◊  Если наше движение в этом мире ведомо подневольным, ориентированным на себя действием, наша реактивная установка на реагирование порождает слепую приверженность круговой обороне. ◊  Если возникает страх или желание, оно оказывается видно изнутри окружающего его простора. ◊  Ум представляет собой безбрежный простор, чистый по своей глубинной природе, содержащий в себе все. ◊  Изменяются не только внешние вещи; все меняется; и этот факт нарушает наши понятия о порядке вещей, потому что эти понятия суть устойчивые продукты воображения, которые не отражают перемен. ◊  Последнее дыхание. ◊  Мы видим, как разочарование стало гневом, знаем, что зачастую гнев ищет какой-то объект для порицания. ◊  Мы переживаем стихию земли, свою плотность – тяжесть, толщину нашей субстанции. ◊  А на самом деле то, что соединяет одно мгновенье ума со следующим мгновеньем ума, не отличается от того, что связывает время одной жизни со временем следующей. ◊  Он виден там, как простой наклейщик ярлыков. ◊  Крестьянин полон признательности и многословно благодарит мастера за помощь. ◊  Мы воображаем, что продолжаем спать, как спали всегда – «вот я нахожусь в таком же трудном положении, в такой же тягости, в таких же запутанных условиях; ответа нет». ◊  Мы хотим узнать, как нам можно искоренить смятение, от которого начинаются пререкания, или избавиться от злости против начальника, от скуки или беспокойства на работе. ◊  С некоторой гордостью посетитель рассказывал о множестве своих замечательных видений, о глубине отдельных мгновений в медитации. ◊  Вхождение в каждое мгновенье. ◊  Если какая-нибудь мысль или какое-нибудь чувство становится преобладающим, осторожно, с открытым осознаванием, отметьте преобладающий элемент как «чувствование», или «думание», или «слушанье», или «вкушение», или «нюхание». ◊  Преобладают все более и более тонкие ощущения. ◊  Воображаемая личность, пытаясь обладать просветлением, не понимает, что она совершает самоубийство, потому что это будет отпадением того отдельного «я», которое делает возможными переживания нашей универсальной природы. ◊  Баба Хари Дас говорит, что даже святой в возрасте девяносто одного года не свободен от препятствий. ◊  Китайский иероглиф для слова «хум» по внешности очень сходен с иероглифом для слова «бык»; и вот крестьянин неправильно читает последнее слово. ◊  Когда его оболочка была еще зеленой, мы могли бы сбить его камнем и с трудом расколоть; но когда орех созрел, для того, чтобы его скорлупа раскололась, хватит и легкого удара. ◊  Осуждающий ум опирается на мое плечо и говорит мне, какой я незрелый тип, как много мне нужно работать над собой. ◊  И только такое голое внимание, такое отсутствие нужды, способное быть на месте в нужный момент, обладает силой освободить нас, освободить нашу подневольную реакцию на нужду. ◊  По мере того, как я работал с этим судящим качеством, я стал видеть, как осознавание и растущее чувство космического юмора пробиваются сквозь это довольно липкое состояние ума и чем дальше, тем больше ослабляют его власть. ◊  Почувствуйте возникающие физические ощущения. ◊  Примите то обстоятельство, что неизбежно будут появляться не вполне бескорыстные мотивы; и все же они способны помочь в развитии открытости. ◊  Самоотдача. ◊  Медленно, медленно зреет он, день за днем, пока наконец не созреет в не упадет с дерева. ◊  Мы переживаем не столько само виденье, сколько то, что думаем о видимом, не столько то, что слышим, сколько то, что думаем о слушаемом. ◊  Теперь мы культивируем нечто иное для их замены, и это – гораздо более мощная форма сознания, нежели отрицательные формы. ◊  Нигде никакой задержки. ◊  Мы можем жить в этих ощущениях до такой степени, что будем всегда осознавать свое тело и животворящую его жизненную силу. ◊  Все они ведут нас от поступка к поступку, создавая новую карму, новые причины грядущих результатов. ◊  Ценность глубинных переживаний – в очищении, в проникновении в то, что есть, в то, что происходит в данный момент. ◊  Это также давало и другому возможность открыть пространство для освобождения себя от гнева. ◊  Каждое дыхание – последнее. ◊  Если мы устали, мы иногда можем вновь и вновь перечитывать какой-нибудь параграф и все же не понимаем в нем ни слова; мы можем даже читать его вслух и все же не иметь никакого представления о том, что там сказано. ◊  Когда налицо одно лишь чистое внимание, тогда существует только наблюдение, тогда нет нужды. ◊  Даже помысел: «Ах, смотри, вот в этот миг все вырисовывается в виде силуэтов!» – был еще одним помыслом в ясности этого момента. ◊  Закончив весеннюю посадку риса, он несколько дней идет пешком в поисках учителя; придя к учителю и его ученикам, он просит принять его. ◊  Мы чувствуем, что этот процесс совершается на фоне неразличенной открытости, что ум ежемгновенно возникает и исчезает в безграничном пространстве. ◊  Если мы освобождаемся от всего, мы можем иметь все. ◊  Часто мы думаем: «Я не в состоянии медитировать, я беспокоен… я не могу медитировать, я утомлен… я не могу медитировать, у меня на носу муха…» Это и есть медитация. ◊  Но честность не означает насильственного навязывания моей истины кому-то другому. ◊  Налицо просто ясное, точное, мягкое наблюдение за дыханием. ◊  Не держитесь. ◊  Мы сами подставляем себе ножку. ◊  Почувствуйте эту жизненную энергию на макушке. ◊  Направьте осознавание на ощущение касания с входящим и выходящим воздухом. ◊  Когда мы, читая книгу, переходим от одного слова к другому, именно качество сосредоточенности позволяет нам направлять внимание на страницу. ◊  Думающий ум превращает в думание целый мир. ◊  Когда мы начинаем пробуждаться, мы видим, как внутри нас что-то раскрывается, подобно цветку. ◊  Чистый ум. ◊  Собственно, одна из причин, почему сосредоточенность бывает столь приятной, заключается в том, что страсть к препятствующим элементам подавлена спокойствием. ◊  Затем, в другое время, их давление ослабевает, и мы думаем: «Ну, я это преодолел», – а потом, в следующий раз на нас давит снова и вдвойне. ◊  Когда же нигде не осталось вожделения, дело сделано; тогда налицо – первоначальный ум, сущность ума – уже чистый, уже сияющий ум. ◊  Итак, мы наконец становимся теми, кем всегда хотели быть, свободными от множества оберегаемых образов себя, от чувства нехватки, которая в прошлом служила причиной столь многих неудобств. ◊  Это – кровь, лимфа и клеточные жидкости тела. ◊  Сила прощенья так велика. ◊  Внимание не является их причиной, но просто раскрывает то, что уже существует. ◊  В общий поток; просто в жизнь. ◊  Не осуждайте намерений; просто признавайте энергию, скрытую за деятельностью. ◊  Это звучит так просто; но мы, по всей вероятности, не сознаем реальности своего тела даже и десять раз за день. ◊  Глаза полузакрыты; плечи опущены; живот расслаблен. ◊  Когда видишь, насколько глубока нужда, присущая уму, видишь и глубину неудовлетворенности, потому что нужду удовлетворить невозможно: едва покончишь с одним желанием, так будет другое. ◊  Она не остается просто на одном уровне, в одном центральном узле, а движется вокруг этого пространства и в действительности не стоит на одном-единственном месте. ◊  Многие приходят к медитации от своей любви к благим качествам некоего учителя, или вследствие желания познать Бога. ◊  Поезд все еще там; кажется, там же находится и безмолвный свидетель на переезде. ◊  Это «я» представляет собой фасад, избранный умом, чтобы представлять себя. ◊  Мы видим только отбрасываемые ею тени, и вот эти-то тени и есть наши понятия, наши определения, наши представления об этом мире. ◊  Это – великий дар, который, если им воспользоваться разумно и мудро, может нам позволить разрушить многие из наших желаний, многие из наших страхов, значительную часть нашей отдельности, – так чтобы не осталось ничего личного, чтобы все оставшееся оказалось светом, вступающим в свет.Когда в глубоком безмолвии, впущенном в себя во время сиденья в медитации, мы видим то, что всегда происходит, но что мы так редко осознаем, мы понимаем, какое это чудо – жизнь, понимаем, как она замечательна. ◊  И все, что прерывает это осознавание, ясно видно, как отдельный феномен. ◊  Пусть все, что держит вас в отдельности – мысль, чувства, ожидание, желания, осуждение, страх, гнев, сомнение, – пусть все уйдет обратно. ◊   – А что делать теперь, когда энергия вышла из равновесия? – О, это неплохая мысль! – Кстати, а что такое просветление? – О-о – ох, извини, спасибо!» ◊  Наблюдать мирные состояния ума гораздо приятнее, чем свою алчность или эгоизм. ◊  Часто, когда мы становимся лицом к лицу с какой-то возникающей вновь и вновь проблемой, мы думаем, что вообще в каком-то смысле дурачим себя, рассуждая о каком бы то ни было пробуждении. ◊  Это похоже на работу с увеличительным стеклом: работая с некоторыми предметами, нам приходится приближать к ним увеличительное стекло и отдалять глаз к более длинному фокусу; в других случаях увеличительное стекло будет помещено ближе к глазу и дальше от рассматриваемого предмета. ◊  Это весьма взвешенное признание. ◊  Вожделение может быть для нас самих крайне болезненным, а нередко болезненным и для вожделенного объекта, если объектом нашего вожделения оказывается другой. ◊  Мы видим только отбрасываемые ею тени, и вот эти-то тени и есть наши понятия, наши определения, наши представления об этом мире. ◊  Таким образом, это воображаемое «я» постоянно вовлечено в подневольную активность ради самопеределки. ◊  Его основное значение – механизм восприятия. ◊  И когда осознавание глубже проникнет в этот поток, мы почувствуем, что естественное состояние нашего бытия, которое кто-то называет «умом мудрости» или «природой Будды», подобно солнцу: оно всегда сияет и всегда присутствует, хотя часто бывает скрыто облаками. ◊  Терпенье дает всему этому место, открывает простор. ◊  Но вещи раскрываются только так, как им следует; хотя они иногда могут вызывать затруднения, они всегда предоставляют совершенную возможность для работы над собой в данный момент. ◊  Мы переживаем другого человека, как самих себя; мы говорим с ним, как если бы говорили с самими собою. ◊  Умрите в открытом, безграничном пространстве присущей вам чистоты. ◊  Один мой друг побывал в Индии; там учитель медитации поднял много шуму из-за нескольких его необычайных переживаний. ◊  Вхождение в каждое мгновенье. ◊  Эти состояния ума бывают крупными событиями только тогда, когда мы питаем их или боремся с ними. ◊  «А что же мне делать, когда ум блуждает? – А-а-а, я продолжаю возвращаться к дыханию, верно? – Все правильно, делай это. ◊  Он велит крестьянину вернуться домой и заново начать практику. ◊  Но это говорит сам думающий ум. ◊  Себя мы при этом считаем временными хранителями всего, что у нас есть, а в собственности нашей нет ничего. ◊  Когда внимание занято привычным блужданием, мы обнаруживаем это блуждание и осторожно возвращаем его к дыханию. ◊  Просто пребудьте – в любви, в свете. ◊  Когда некоторые буддийские учителя говорят о «недеянии», они не рекомендуют нам улечься в гамаке на необитаемом острове. ◊  Если мы видим это беспокойство – «я беспокоен», тогда оно становится проблемой; мы на него смотрим, как на проблему; сделали его своей проблемой. ◊  Иногда нам может показаться, будто бы все, что мы любим, будет предоставлено воле обстоятельств: или оно изменится, или умрет, или это случится с нами. ◊  Не напрягаясь или отталкивая. ◊  Деяние есть страстное желание какого-то удовлетворения, намерение получить некоторый результат, удовлетворяющий страсть. ◊  Переживание жизни в теле, поддержанное дыханием. ◊  Первая из этих реальностей – стихии, из которых мы составлены. ◊  Просто отмечаем его как ощущение – и возвращаемся к дыханию. ◊  По мере того, как мы продвигаемся к центру мандалы, мы также поднимаемся вверх. ◊  Мы не крадем, не убиваем. ◊  Каждое мгновенье – полностью новое. ◊  Все постоянно меняется. ◊  Освободитесь от гордости, которая держится за ожесточение: «Я-де вас прощаю». ◊  Это желание быть в другом месте, желание, чтобы вещи были иными. ◊  Желание быть свободными от вещей, каковы они есть, оказывается великим страданием. ◊  Если мы знаем, что сердимся, и не осуждаем гнев, не испытываем отвращения к этому виду отвращения, мы можем раскрыть окружающий его ум, раскрыть предлагаемое осознаванием пространство и разрушить свою отождествленность с отвращением. ◊  Все есть. ◊  Иногда, когда мы наблюдаем ум, мы отмечаем значительную долю сонливости и подавленности, которые становятся настоящим препятствием для ясности, потому что без должной энергии очень трудно быть проницательным. ◊  Но, разумеется, есть только одна реальность, только одна истина, и это – настоящий момент. ◊  При чрезмерной сосредоточенности без достаточной энергии ум приходит в сонное состояние, погружается в полуобразы подсознания и тупеет, «тонет». ◊  Ум представляет собой безбрежный простор, чистый по своей глубинной природе, содержащий в себе все. ◊  Другие – из желания понять, что есть ум. ◊  Возможно, будет полезно дать дальнейшее определение выражению «освобождение». ◊  Отметки позволяют нам мягко, но настойчиво оставаться со своим переживанием, признавая все, что временно получает преобладание, как только то возникает. ◊  Мы также продолжаем чувствовать внутри тела вибрации стихии воздуха. ◊  Сердце явственно раскрываем ум – так же точно, как ум раскрывает сердце: это и есть правильный образ жизни.Когда мы с Элизабет Кюблер-Росс проводили курс обучающей медитации, она попросила меня посетить нескольких из ее умиравших пациентов. ◊  Сосредоточенность обладает способностью направлять это осознавание, заострять его. ◊  Вступление внимательности в этот процесс будет обнаружением ежемгновенного начала вещей, длящегося творения Вселенной. ◊  Мы учимся читать самих себя, чувствуя и глубоко прислушиваясь к тому, как мы реагируем на то, что появляется на нашем пути. ◊  Как выразился один дзэнский наставник: «Если вы пришли сюда не для того, чтобы умереть, вам лучше уйти домой – вы не готовы для практики». ◊  Может оказаться полезным такой наглядный образ медитативной практики: представим себе, что мы стоим у железнодорожного переезда и наблюдаем проходящий мимо товарный состав. ◊  Мы видим возникновение и исчезновение сознания, всего, что считали собой. ◊  Когда мы даем нечто из этого источника, а после этого выходим из комнаты, мы даже не знаем, кто мы такие. ◊  Вдыхается тепло; с выдохом медленно выходит терпенье. ◊  Как ни смехотворно, но большую часть времени дело обстояло именно так; особенно заметным это бывало в ресторанах, когда я прислушивался к людям за соседними столиками. ◊  Мы называем такие обстоятельства хорошей или плохой медитацией и, пожалуй, в то же время не признаем достоинств за «плохой», не признаем того очищения, которое продолжается, когда оказывается раскрыто блуждание ума, его возбуждение или беспокойство. ◊  Она заменит их мягкой настойчивостью и доверием. ◊  Больницы имеют целью сохранение жизни; смерть оказывается здесь врагом. ◊  Освободитесь от ума, освободитесь от тела. ◊  На самом деле ощущение внутри тела можно использовать точно таким же образом, как и мантру. ◊  Вот почему два человека могут пользоваться одним и тем же языком, чтобы передать одно и то же содержание, но слова одного проникнут глубоко в наши сердца, тогда как слова другого лишь рикошетом заденут ум. ◊  У нас была достаточная сосредоточенность, чтобы удерживать глаза на странице и продолжать процесс чтения, но не было осознавания происходившего. ◊  Нам нет необходимости налагать на себя всякие «надо» и «нельзя». ◊  Но даже эти едва заметные требования можно заметить – почти как ощущения в уме. ◊  Ясное виденье продолжающегося процесса, в котором один ум ведет к другому, приносит глубокое постижение, что осознавание продлится после того, как сознательное начало более не найдет в теле гостеприимного пристанища. ◊  Удерживайте внимание только на одной точке и замечайте ощущение, сопровождающее каждое дыхание, когда оно течет в тело и вытекает из него в естественном дыхательном процессе. ◊  Хотя существует множество препятствий, их обыкновенно делят на пять главных разрядов; это, если хотите, пять врагов уравновешенного ума. ◊  Постоянно меняются мнения; постоянно меняется ум; постоянно меняется тело; постоянно меняется мир; постоянно меняются наши взаимоотношения. ◊  Тогда, работая с людьми, испытывающими боль, мы будем относиться с почтением к их трудностям, мы увидим, как им тяжело; но при этом мы не усиливаем их сопротивлений этой боли разговорами о том, как ужасна боль, не обостряем этих их страданий. ◊  Большую часть нашего мира наплел ум. ◊  Телесная боль создает такое состояние ума, что оно напрягается, отвергает неудобство; а затем напряженное отвращение усиливает напряжение внутри тела. ◊  Просто пусть осознавание проникнет до уровня ощущений, которые возникают сами собой и сами по себе. ◊  Когда все это отпадает, налицо тошнота, головокружение; ибо это означает смерть всего, что мы узнали о себе; все мысли и проекции, которые так восхищали нас в прошлом или создавали кого-то для будущего, – все они видны, как просто более естественные явления потока жизни, возникающие и исчезающие в необъятном просторе. ◊  Освободитесь от страстного желания. ◊  Человек умирает, и мы даже не знаем, помогли ли мы ему. ◊  Глубокое возвращение к пункту напряженного ощущения, которое служит отметкой прохождения воздуха при каждом полном дыхании. ◊  То же самое относится и ко всему, что мы делаем; но когда мы пребываем с собой во время собственного умирания, это просто более очевидно. ◊  Самое большое, что может сделать книга, подобная этой, – подготовить нас к предстоящей практике. ◊  Когда обостряется осознавание препятствий, мы познаём происходящее, когда оно происходит; и те состояния ума, которые раньше одолевали нас, становятся вехами на пути нашего прогресса. ◊  Идеальный объект – это просто то, что происходит в данный момент. ◊  В сердце есть место всему. ◊  Тогда может возникнуть все, что угодно. ◊  Без этого обусловленного думающего ума вещи суть всего лишь то, что они есть, без комментариев или оценки; это просто чистая «бытность» без всяких ярлыков, без «я», привязанного к их «познанию». ◊  Разве сможем мы когда-либо снова оказаться слепыми по отношению к тому, каким простым, легким, естественным, совершенным образом существуют вещи? Переживание – это просто само переживание. ◊  Не делайте «ум» врагом. ◊  Если мы пребываем в сердце, если мы обращаем внимание на то, что действительно чувствуем, мы будем способны при каждой мысли ощутить, что будет здоровым, а что нездоровым, что полезно и благотворно, а что окажется вредным. ◊  Пусть оно уйдет. ◊  Пусть все придет; пусть все уйдет. ◊  Чаще всего гнев хочет повредить своему объекту, человеку или предмету, на который он направлен. ◊  Именно переживание кажется самым важным; именно в бытии мы находим ценность. ◊  Иногда в то время, когда мы медитируем, могут появиться чрезвычайно привлекательные мысленные формы – хорошие замыслы, прекрасные образы, великие изобретения. ◊  Как выразился один учитель дзэн: «Ваша практика пригодна для покоя; а пригодна ли она для беспокойства?» А еще другой учитель спросил: «Сможете ли вы сохранить в аду свое сердце открытым?» ◊  Такой уровень ума полезен для ученья и для приложения этого ученья ради выживания среди сложностей этого мира. ◊  «Да буду я свободен от страдания; да найду я свою радость; да буду я наполнен любовью; да вернусь я к свету; да пребуду я в мире!» ◊  Нужда принимает много форм. ◊  Сиденье в какой-нибудь эксцентричной йоговской позе не порождает никаких особых заслуг. ◊  Вожделение может быть для нас самих крайне болезненным, а нередко болезненным и для вожделенного объекта, если объектом нашего вожделения оказывается другой. ◊  Войдите в него свободно. ◊  Почувствуйте кишечник внутри брюшной полости. ◊  Иногда нам может показаться, будто бы все, что мы любим, будет предоставлено воле обстоятельств: или оно изменится, или умрет, или это случится с нами. ◊  На одном уровне, конечно, все, что действительно происходит, – это движение звука в воздухе, который давит на наши барабанные перепонки; благодаря памяти и механизмам восприятия ум узнаёт то, что говорится. ◊  Когда, например, мы наблюдаем ум, словно проецируемый на экран кинофильм, то по мере углубления сосредоточенности он, возможно, станет прокручиваться медленнее, а это позволит нам заметить побольше из происходящего. ◊  Лицо расслаблено. ◊  Мы способны пребывать со своей одинокостью, со страхом или даже со своей неловкостью во всей полноте. ◊  Каждая из них представляет собой просто особую форму, в которой пребывает одна и та же истина. ◊  «Да будут все существа счастливы. ◊  Становится очевидным, что даже во время нашего спокойнейшего отдыха ум продолжает работать, и его работа воздействует на тело. ◊  Мы видим, как естественно мы эгоистичны; но в этом виденье нет самоосуждения. ◊  Когда мы просто сидим в данный момент, каков он есть, когда ум не обладает ясностью, и мы не обладаем способностью проникнуть через какое-нибудь глубокое препятствие, – такой способ действий может весьма великодушно дать нам возможность раскрыться для самих себя. ◊  Только благодаря собственному столкновению с препятствиями для нашей естественной мудрости мы начинаем постепенно пробуждаться. ◊  В момент забвения мы падаем с этого туго натянутого каната, но только с тем, чтобы приземлиться на другом канате, тоже туго натянутом. ◊  Поэтому мы сидим и наблюдаем свое беспокойство. ◊  Освободиться от самих себя так, чтобы мы могли заново переживать то, что мы такое, каждое мгновенье, как если бы это было даром. ◊  В теле возникают ощущения. ◊  Эти состояния ума бывают крупными событиями только тогда, когда мы питаем их или боремся с ними. ◊  Конечный момент. ◊  Преимущество такого распознавания зуда состоит в том, что тогда у нас есть выбор – чесаться или не чесаться. ◊  Может даже оказаться полезным постоять немного в состоянии внимания. ◊  По-настоящему интересно замечать, что если по утрам прежде всего садиться помедитировать, то, даже несмотря на здоровый ночной сон, по мере того, как устраняются тонкие напряжения, один за другим порождаются слои расслабления. ◊  Плечи опущены. ◊  Погрузитесь в целостность. ◊  Осознавание проникает в тонкие ощущения, сопутствующие каждому дыханию. ◊  «Я по-прежнему не могу наладить взаимоотношения с родителями», или: «Я не в состоянии вымыть посуду, ничего не разбив», или: «Не могу бросить курить», – или что-нибудь еще. ◊  Когда мы постепенно пробуждаемся, мы замечаем созревание некоторых качеств ума. ◊  Но освобождение от того, кем, как мы думаем, мы являемся, вместо его осуждения, помогает нам смягчить свою жизнь. ◊  Если в силу своей обусловленности оно вам не нравится, возникает желание оттолкнуть его прочь, а если нравится, появляется желание притянуть его к себе. ◊  Когда мы следим, как эти препятствия действуют внутри ума, мы видим, что они нам не друзья. ◊  Что было причиной первого кармического действия, которое повело ко всем остальным? Будда говорил, что вопрос «что было началом кармы?» неразрешим; его исследование могло бы расстроить ум. ◊  Мне стало ясно, что в больницах существует та же проблема, что и внутри нас, и эта проблема – неведенье, отсутствие понимания идущего процесса. ◊  Если внимание отклонилось, верните его к точке касания, замечающей дыхание, когда оно входит в ноздри и выходит из них. ◊  Мы можем успешно работать с мыслями наподобие следующих: «Так же, как я желаю быть свободным от страдания и откровенным, так да придете и вы к своей целостности, к своей радости!» Иногда мы можем даже так общаться с животными и замечать их реакции. ◊  Хотя доля сомнения может стать полезным мотивом для более глубокого исследования того, что мы, будучи обусловлены, считаем истинным, но сомнение иногда может набрать такую силу, что закроет ум. ◊  Да будут все существа обладать чистым умом. ◊  Даже блуждающий ум, если мы наблюдаем его, не желая видеть его иным, содержит ключ к великой мудрости, потому что являет собой в точности то, что мы такое, – и именно в это время. ◊  Они приходят и уходят, как пузыри. ◊  Если мы следуем мнениям, то тогда это просто ум цепляется за какое-то содержание. ◊  Такой ученик, достаточно чистый, чтобы не осуждать даже видимые недостатки своего учителя, хранит пришедшие через него чистейшие поучения и повсюду находит мудрость. ◊  Многие окружавшие ее соглашались с тем, что если она принесет в мир еще одного ребенка, это, пожалуй, толкнет ее на край гибели. ◊  «Да разделят все существа эту открытость. ◊  В момент забвения мы падаем с этого туго натянутого каната, но только с тем, чтобы приземлиться на другом канате, тоже туго натянутом. ◊  Мы поддерживаем свою практику, свое исследование того, что кажется реальным, даже когда вплотную сталкиваемся с видимыми противоречиями, парадоксами этой реальности; и мы знаем: все, что мы можем сделать, – это сделать зараз только одно дыхание и наблюдать за тем, что будет дальше. ◊  Но из этой приязни или неприязни проистекает страстное желание, которое выковывает вожделение, обусловливающее следующее звено в кармической связи. ◊ 


Другοе



>> Когда я впервые пришел в эту больницу, мне стало очевидным, как моя практика подвергнется здесь проверке.





Восхождение духа - Chutochku.ru